Местоположение Голгофы зависит от направления главных дорог библейского Иерусалима

22 января 2014


Даже при том, что все еще крайне проблематична линия «второй» стены Иерусалима I века и до сих пор не найдена ни она сама, ни какие-либо ворота в ней, исследование стоит продолжить.



Мы установили не так уж и мало. Из всех предложенных конфигураций «второй» стены одна, а именно реконструкция Г. Вайтмана, в наибольшей степени соответствует данным первоисточника — Иосифа Флавия. Судя по всему, «вторая» стена охватывала относительно небольшую территорию городской застройки к западу от Храмовой горы. Мы установили также, что стена эта имела ворота, называемые Флавием «верхними», которые располагались в северной части этой стены. Еще один проход в этой стене имелся в южной ее части, там, где она примыкала к «первой» стене. И Верхние ворота, и южный проход могут рассматриваться как те ворота, близ которых, согласно Евангелиям, был распят Иисус Христос.



Остается последнее евангельское условие локализации Голгофы и гробницы Иисуса: они должны находиться вблизи оживленной дороги. Именно это условие, которому до сих пор не уделялось должного внимания, которое рассматривалось как вторичное и подчиненное по отношению к другим условиям, может оказаться первейшим для решения поставленной задачи.



В отличие от городских укреплений, важнейшие транспортные пути являются наиболее устойчивыми формированиями, не меняющимися на протяжении столетий. С самого возникновения Иерусалима сформировались главные дороги, связывающие его с другими городами Палестины: Вифлеемская или Хевронская, ведущая на юг Иудеи; Яффская, ведущая к морскому порту; Дамасская или Сихемская, ведущая в Самарию и далее, в Сирию; и восточная дорога, ведущая в Иерихон. Направление этих дорог остается неизменным со времен царя Давида по сей день и не зависит от конфигурации городских стен, различной в разные эпохи, от расширения или, напротив, сокращения городской территории. Эти четыре дороги, ведущие из Иерусалима в четыре стороны, и сегодня являются наиболее оживленными трассами. Столь же оживленными они были и во времена Иисуса Христа. Естественно предположить, что близ одной из этих дорог и находилось обычное место совершения публичных казней в римскую эпоху.



Теперь стоит внести некоторые уточнения. В силу географических особенностей южная дорога, связывающая Иерусалим с Вифлеемом и Хевроном, начиналась в том же месте, где и Яффская дорога. Как в древности, так и сейчас Вифлеемская дорога является ответвлением Яффской дороги. Она шла вдоль западной стены Иерусалима на юг, мимо Царского пруда (Биркет ас-Султан). На средневековых картах Иерусалима она называется via или vicus ad Betleem Effrata и совпадает с нынешней Дерех Хеврон. Точно также и восточная дорога, ведущая в Иерихон, не обязательно должна была выходить из ворот в восточной стене Иерусалима. Дорога, считаемая обычно восточной, выходящая из ворот св. Стефана (Львиных), спускающаяся Кедронскую долину и взбегающая на Елеонскую гору, довольно неудобна для движения больших караванов. На некоторых средневековых картах мы видим Иерихонскую дорогу выходящей из тех же Дамасских ворот и идущей вдоль северной стены Старого города, по линии нынешней улица Султан-Сулейман. Таким образом все основные дороги Иерусалима брали начало от двух ворот — западных и северных, т. е. Яффских и Дамасских.



Наш поиск несколько облегчается установленной выше зависимостью места распятия Христа от местоположения претория Пилата и конфигурации «второй» стены. Эта стена была северной стеной Иерусалима во времена Иисуса. В данном случае следует также принять во внимание раннехристианскую традицию, помещающую Голгофу на север от горы Сион. Эта традицию, как говорилось, отразил Евсевий Кесарийский в своем «Ономастиконе». Тем самым из нашего рассмотрения исключается южная дорога, ведущая в Вифлеем и Хеврон. По-видимому, нужно исключить также и восточную дорогу, несмотря на продолжаемые некоторыми исследователями поиски Голгофы и гробницы Иисуса на Елеонской горе, к востоку от Старого города. Остаются две дороги: Яффская и Дамасская. Рассмотрим их по очереди.



Нынешние Яффские ворота, вероятно, берут начало от тех ворот, которые появились здесь при строительстве Элии Капитолины, а может и раньше, — в 41–44 гг., при строительстве «третьей» стены. До этого дорога на Яффу выходила из неких ворот, находящихся в «первой» стене. Иосиф Флавий упоминает о «тайных воротах» (pu,lj avfanou/j) у Гиппиковой башни, через которые осажденные иудеи делали вылазки против римлян (Война, V, 6, 5). Надо думать, ворота эти принадлежали дворцовому комплексу, в состав которого входила и башня Гиппика. Если преторий Пилата находился во дворце Ирода, то Иисуса могли бы вывести за город и отсюда. Но эти «тайные ворота» или, скорее, лаз, конечно же нельзя считать городскими воротами, выводящими на большую дорогу. Воротами, принадлежавшими «первой» стене, согласно Флавию, были упомянутые уже ворота Генната. Возможно, именно из них выходила тогда дорога, ведущая в Яффу (Иоппию). Если принять гипотезу К. Шика, располагавшего ворота Генната вблизи дворца Ирода, то Яффская дорога также начиналась в этом месте. Если верна нынешняя версия, помещающая ворота Генната в северно-западном углу Еврейского квартала, то, учитывая линию «первой» стены, легко представить, что дорога на Яффу первоначально шла вдоль «первой» стены на запад, затем, минуя слева дворец Ирода, пролегала так, как ныне пролегает Яффская дорога.



Как мы установили ранее, недалеко от ворот Генната, в начале «второй» стены находился и тот «вход» в город (evmbol,), который так занимал христианских топографов XIX в. Имелась ли и здесь некая дорога? Если и имелась, то, скорее всего, она сливалась с Яффской дорогой, выходящей из ворот Генната. Это естественно предположить, учитывая древнюю топографию этой местности. Вдоль нынешней улицы Давида тянулась ложбина, отделявшая Верхний город (Сионскую гору с ее северными отрогами) от возвышенности в районе нынешнего храма Гроба Господня и Коптского монастыря. Эта ложбина сохранялась и в Средневековье. «От башни Давида, — пишет Бурхард Сионский в 1283 г., — вдоль северного склона Сиона до площади Храма идет долина, отделяющая Сион от Нижнего города и [горы] Мориа». Видимо, Бурхард сливает эту ложбину с Тиропеонской долиной, проходившую вдоль западной стены Храмового комплекса, но то, что это была отдельная ложбина, свидетельствует его указание на «башню Давида» (Цитадель). То, что в древности существовал значительный уклон от участка храма Гроба Господня в сторону улицы Давида, открылось в XIX веке при раскопках церкви Иоанна Крестителя в южной части Муристана. Порог византийской церкви, стоявшей на этом месте, оказался на 8 метров ниже поверхности нынешней церкви156. Еще более значительную глубину (13 м и более) древней поверхности показали раскопки К. Кеньон и У. Люкса в районе Муристана и лютеранской церкви Редемер157.



Поэтому с большой долей вероятности можно полагать, что древняя Яффская дорога проходила по указанной ложбине, почти совпадая с нынешней улицей Давида. Дорога же, которая выходила из южного прохода во «второй» стене, естественным образом должна была пролегать по той же ложбине, сливаясь с Яффской дорогой. Собственно говоря, это была одна и та же дорога. Вряд ли дорога, выходящая из южного прохода во «второй» стене, имея перед собой удобную ложбину, направилась бы при этом на север-запад, поднимаясь на возвышенность, на скалистый участок нынешнего храма Гроба Господня. Да и куда бы она вела? На древнюю каменоломню или сменившее ее кладбище? И могла ли она быть широкой оживленной дорогой?



Казалось бы, те ученые, которые рассматривают дворец Ирода в качестве претория Пилата, естественным образом должны искать Голгофу на Яффской дороге, пролегавшей возле этого дворца в начале I века н.э. Однако на деле этого не происходит. Дж. Вилькинсон исчисляет Крестный путь в 300 метров по прямой линии от дворца Ирода к традиционному месту распятия в храме Гроба Господня158. Дж. Мерфи О'Коннор также ведет осужденного Иисуса из дворца Ирода на участок храма Гроба Господня, но путем довольно замысловатым: «более вероятно, что Иисуса повели к месту казни через город, [от дворца Ирода] по направлению на восток, вдоль нынешней улицы Давида, затем повернули на север, вдоль тройной рыночной улицы, и, наконец, повернули на запад, к Голгофе»159. Многочисленные зигзаги эти потребовались Мерфи О'Коннору затем, чтобы согласовать свою нетрадиционную локализацию претория Пилата с традиционным местоположением Голгофы и гробницы Иисуса. Оказывается, отвергнув часть церковной традиции, и Дж. Вилькинсон, и Дж. Мерфи О'Коннор вовсе не отказываются от другой ее части. Конечным пунктом их Виа Долороза является все тот же храм Гроба Господня. Другого направления Крестного пути английские ученые не ищут.



Рядом с дворцом Ирода пролегала Яффская дорога и находились ворота в «первой» стене, а Иисуса, согласно Дж. Вилькинсону и Дж. Мерфи О'Коннору, и вопреки Евангелиям, повели подальше от этой оживленной дороги, на участок заброшенной каменоломни, где не были ни дороги, ни ворот. Расстояние от традиционной Голгофы до нынешней Цитадели (бывшего дворца Ирода) составляет 250 м, а до ближайшей части «первой» стены, то есть строго на юг — 200 м. «Мимоходящим», которые шли по Яффской дороге, прочесть с такого расстояния надпись на кресте было явно не под силу.



Следует учитывать новозаветные указания, что Иисус был распят вблизи городских ворот (Ин 19:20; Евр 13:12). Следовательно, место казни находилось поблизости от ворот Генната или вблизи от «входа» во «второй» стене. При этом речь может идти об одном и том же участке, ибо ворота Генната и этот «вход» находились по соседству, и, выйдя из них, путники оказывались на одной и той же дороге.



Древняя топография района севернее нынешней улицы Давида до сих пор достаточно не изучена. Плотная застройка этого района препятствует проведению полномасштабных археологических исследований. На основании отдельных раскопов можно предположить, что уровень городской поверхности I века находится на значительной глубине: метров 10–15, а то и более. Ближайшие раскопанные участки, как в Еврейском квартале, так и в храме Гроба Господня, в Цитадели и западнее Яффских ворот дают некоторое представление о том, как выглядел или мог выглядеть этот район в библейскую эпоху.



Скалистые образования, открытые под храмом Гроба Господня и на территории Муристана, вероятно, продолжались к югу и непосредственно примыкали к северной линии «первой» стены и к идущей вдоль ее Яффской дороге. Можно предположить, что близ дороги находился небольшой скалистый холм, формой напоминающий человеческий череп и служивший обычным местом совершения публичных казней. Нахождение здесь такого места вполне естественно, если преторий располагался во дворце Ирода: римский наместник мог наблюдать за казнью с высоты дворцовой стены или одной из дворцовых башен.



Напомним, что, по мнению Джоан Тейлор, в до-Никейские времена иерусалимские христиане помещали Голгофу южнее западного римского форума, то есть современного Муристана. Совпадение мнения английской исследовательницы и результатов наших изысканий скорее всего чисто случайное, ибо она основывается на предполагаемой ею «коллективной памяти» ранних христиан, а мы — на евангельских указаниях и современной археологии. И все же совпадение это весьма примечательно. Наши взгляды сходятся на одном и том же участке.



На следующий вопрос, — имелись ли в этом районе еврейские погребения, — также можно ответить положительно. Во время археологических раскопок в Цитадели были обнаружены остатки еврейских гробниц, датируемых VIII в. до н.э. Они были очищены во II в. до н.э., когда сооружалась Хасмонейская стена, ставшая затем «первой» стеной Иосифа Флавия160. Археолог Р. Райх (Reic), ведя в 1990 г. раскопки к западу от Яффских ворот, в области некоего коммерческого центра византийского периода, близ остатков часовни обнаружил типично еврейскую гробницу, высеченную в скале161.



Вблизи пруда Амигдалон (ныне Биркет Хаммам ал-Батрак) также имелись еврейские захоронения. Иосиф Флавий несколько раз упоминает гробницу первосвященника Иоанна, расположенную в 30 локтях (т. е. всего в 13, 8 метрах) от этого пруда (Война, V, 11, 4). Не исключено, что рядом имелись и другие гробницы, принадлежавшие в том числе и высокопоставленным особам, подобным первосвященнику Иоанну. Евангельский Иосиф Аримафейский, «знаменитый член совета», относился к их числу. Следовательно, можно предположить, что среди погребений этого участка находилась и гробница Иосифа, в которую он положил тело Иисуса. Близость пруда и изобилие воды как нельзя лучше объясняют появление «сада» в рассказе евангелиста Иоанна о погребении Иисуса. Этот же сад (или сады), вероятно, окружали и гробницу первосвященника, и другие погребения этого участка. Само название пруда — Амигдалон, переводимое как «Миндальный», точнее — пруд «Миндальных деревьев» предполагает наличие в его округе миндального сада162. О том же говорит и название близлежащих ворот Генната — «Садовых». По свидетельству Т. Левина, сады в этой части города сохранялись вплоть до XIX века, и до 1844 г. для их полива содержался небольшой водоем Batseba, находившийся западнее Биркет Хаммам ал-Батрак, почти рядом с Яффскими воротами163. Этот водоем под названием Bersabeam (Вирсавии) мы находим на венской карте Иерусалима 1728 г.164 на том самом месте, которое указывает Т. Левин.



Археологическая информация относительно Биркет Хаммам ал-Батрак очень скудная. Водоем возник здесь, по-видимому, в Иродианскую эпоху, когда был построен акведук, снабжавший его водою из Биркет Мамиллы, западнее Старого города. Существует мнение, что вначале на месте пруда располагался карьер, откуда добывался камень для строительства до-иродианской «второй» стены165. Следовательно, можем добавить мы, камни эти могли использоваться и при строительстве гробницы первосвященника Иоанна и других гробниц этого участка.



Со строительством «третьей» стены (41–44 гг.) участок пруда Амигдалон оказался в черте города и тогда, разумеется, погребения здесь были прекращены. Но имеющиеся гробницы сохранялись, о чем свидетельствует почитаемая и позже гробница первосвященника Иоанна. Та часть Яффской дороги, которая вела от ворот Генната вдоль «первой» стены, вероятно, уже тогда сделалась городской улицей.



Во время осады Иерусалима (70 г.) участок этот сильно пострадал: 10-й и 15-й римские легионы копали здесь рвы, строили осадные валы и возводили шанцы (Иосиф Флавий. Война, V, 11, 4). Возможно, в ходе этих работ некоторые еврейские гробницы и погребальные памятники были уничтожены. О гробнице первосвященника Иоанна говорит только Иосиф Флавий, и только в «Иудейской войне». Больше этот памятник нигде не упоминается. Логично предположить, что он был разрушен во время римской осады. Тогда получается, что и гробницу Иосифа Аримафейского могла постигнуть та же участь. То, что места распятия и погребения Иисуса исчезли еще в I веке, служит дополнительным объяснением того, почему в раннехристианской литературе нет указаний на них. Указывать было уже не на что.



При строительстве Элии Капитолины (135 г.) римляне вновь изменили облик этого участка; хотя, по-видимому, в данном случае дело обошлось простым насыпанием земли с целью поднять поверхность до требуемого уровня. Тогда же окончательно оформилась улица, бывшая во времена Иисуса началом Яффской дороги. У римлян она предположительно называлась Декуманусом, западно-восточной улицей. Недалеко от пруда Амигдалон найдена римская колонна (ок. 200 г.) с надписью в честь легата 10-го легиона Марка Юния Максима (CIL, III, 6641).



Строители Константина Великого (326 г.) вели работы главным образом на месте храма Афродиты-Венеры, а располагавшийся южнее его римский форум, по-видимому, не очень затронули, как и участок пруда Амигдалон. Остался в неприкосновенности и римский Декуманус, понемногу превратившийся в улицу Давида, а затем в мусульманскую улицу Тарик ал-Базар. В Средневековье Биркет Хаммам ал-Батрак окружал большой караван-сарай, а ныне — многочисленные лавки и мастерские, которые почти полностью перекрыли подходы к нему. Воды в пруде давно нет, и он используется как свалка мусора жильцами соседних домов.



Переходим к Дамасской дороге. В данном случае подразумевается, что Иисуса вывели на казнь через ворота, находившиеся в северной части «второй» стены (называемые Иосифом Флавием Верхними) и распяли близ дороги недалеко от этих ворот.



Дамасская дорога была весьма оживленной во все времена. По этой дороге прибывали в Иерусалим путники и караваны из Сирии и Самарии, а также многочисленные паломники, идущие в Святой город из Верхней Палестины, в частности, из Галилеи. Нет сомнений в том, что Дамасская дорога была подходящим местом для совершения публичных казней. Но повели бы на нее Иисуса и осужденных вместе с ним разбойников, находись преторий Пилата во дворце Ирода? Возможно, и повели бы, если именно на Дамасской, а не на Яффской дороге находилось обычное место публичных казней. Но еще скорее Дамасская дорога стала бы таким местом, если бы преторий Пилата находился в крепости Антонии. В этом случае место распятия оказалось бы в пределах видимости римского гарнизона Антонии и самого Пилата. Поскольку распятие производили римляне, вполне естественно, что место казни находилось поблизости от их штаб-квартиры, так сказать, в зоне визуального контроля.



Следуя гипотезе Г. Вайтмана, Верхние ворота «второй» стены находились на линии улицы ал-Вад, недалеко от пересечения ее с Виа Долороза. Историческая топография этого участка также практически не изучена. Как и прежде описанный район, Мусульманский квартал Старого города плотно застроен, почему и избегает масштабных археологических раскопок. Судя по туннелям, прорытым археологами вдоль западной стены Храмового комплекса (в частности, по иродианской мостовой, раскопанной в «Сводчатой комнате»), можно предположить, что поверхность Иродианского города здесь на 12 м ниже нынешней поверхности. Вероятно, строители Элии Капитолины и здесь значительно подняли уровень поверхности города, поскольку основания арки Адриана (Ecce omo в христианской традиции) и каменные плиты восточного форума всего лишь на 3,5 м ниже нынешней поверхности.



Трудно сказать, мог ли в начале I века примыкать к Дамасской дороге (в пределах нынешнего Мусульманского квартала) некий скалистый холм, называемый Голгофой. Скальные участки здесь были, о чем свидетельствует упомянутая уже «пещера Седекии» или «каменоломня Соломона», расположенная в 120 метрах северо-восточнее улицы ал-Вад. В этой каменоломне добывался ценный белый известняк, который использовался при строительстве еще в период Первого Храма.



Это то, что касается территории нынешнего Мусульманского квартала Старого города. Если же принять гипотезу М. Ави-Йоны, отождествившего Верхние ворота «второй» стены с нынешними Дамасскими воротами, то Голгофу и гробницу Иисуса нужно искать за пределами Старого города, к северу от него. В таком случае и англиканская «Садовая гробница» и т. н. «гробница Кондора» оказываются весьма приемлемыми местами погребения Иисуса. Они обе находятся близ исторической Дамасской дороги, — одна справа, а другая слева от нее. Хотя каждая из них отвергнута в качестве конкретной гробницы Христа, тем не менее они продолжают служить указателем дальнейших поисков. И та и другая гробницы принадлежат к числу древних захоронений и находятся на территории кладбищ, возникновение которых можно отнести к библейской эпохе.



Упомянутый выше английский исследователь Д. Чедвик, считающий на основании ВТ Бава-Батра, 25a, неприемлемыми для погребений участки, лежавшие на запад от библейского Иерусалима, находит северное направление довольно перспективным. Как мы уже говорили, из Дамасских ворот выходили, по-видимому, две дороги: одна вела в Сихем и Дамаск, а другая в Иерихон. Это место было достаточно оживленным, чтобы римляне устраивали здесь показательные казни. Поэтому Д. Чедвик поначалу отстаивал аутентичность как «Голгофы Гордона», так и «Садовой гробницы». Впоследствии, под впечатлением критического анализа Г. Берки (Barkay), а также проведя собственные изыскания, Д. Чедвик признал «Садовую гробницу» неаутентичной, но по-прежнему отстаивает подлинность «Голгофы Гордона». При правильном месте распятия, считает он, в XIX веке установили неправильное место погребения Христа. Ныне Д. Чедвик ищет гробницу Иисуса на восточной стороне холма el-Edemie. «Восточный склон этого холма, — пишет он, — (фактически северо-восточный склон, поскольку открытая скала выходит на юго-восток и на северо-запад) действительно был тем местом, где во времена Иисуса совершались погребения. Этот участок располагается вдоль современной улицы Салах ад-Дина, между Израильской почтой и банкоматом Алладин (известный Иерусалимский студенческий центр), но на другой, юго-западной стороне улицы. Позади длинного ряда магазинов на западной стороне улицы Салах ад-Дина, на вершине el-Edemie располагается мусульманское кладбище. Холм здесь достаточно крут, чтобы на его склоне в древности высекались гробницы. Фотографии этой области, сделанные 80–100 лет назад, показывают сельскохозяйственный косогор более чем с достаточным уклоном для строительства гробницы. На этом сравнительно плодородном участке мог располагаться сад в начале I в., окружавший новую гробницу Иосифа Аримафейского, высеченную в скале на северо-восточном склоне холма el-Edemie. Наличие выше по улице Салах ад-Дина так называемой "Гробницы царей", т. е. иродианских погребений, возникших двадцатью годами после смерти Иисуса, свидетельствует, что области к северу и к востоку от холма el-Edemie считались приемлемыми для погребений в I в. н.э.»166.



Далее Д. Чедвик рассуждает о том, как должна выглядеть еще не найденная гробница Иисуса. Свои предположения английский исследователь строит, изучая уже открытые захоронения того времени и соотнося их с данными Евангелий. Он приходит к выводу, что гробница Христа являлась простеньким однокомнатным склепом с тремя лавками-лежанками по трем стенам от входа (а не двухкамерной гробницей как в храме Гроба Господня и в «Садовой гробнице»). Тело Иисуса лежало на средней лавке, как раз напротив входа так, что эта лавка была видна уже при входе в гробницу. Соображения эти, безусловно, очень интересны. Мы хотим лишь, чтобы было учтено одно немаловажное обстоятельство. Почти все древние гробницы, открытые в Иерусалиме, оказываются заполненными и даже переполненными останками покойников. Так было, в частности, с «Садовой гробницей» и «гробницей Кондора». Можно говорить с большой долей уверенности, что в окрестностях Иерусалима не существует древних одноразовых погребений. Практически все древние гробницы были семейными усыпальницами и использовались в течение нескольких поколений167. О том говорит библейское выражение «почил и приложился к отцам своим» (4 Цар 22:20; 2 Пар 34:28; Иудифь 8:3; 1 Мак 2:70; Деян 13:36).



Поэтому и гробницу Иосифа Аримафейского, в которой он похоронил Иисуса, нужно рассматривать в качестве семейного погребального склепа, принадлежавшего роду Иосифа. Евангельские указания, что это был «новый гроб» (Мф 27:60), «где еще никто не был положен» (Лк 23:53) означают, что гробница эта была сооружена незадолго до того и еще не вошла в употребление. Иисус был первым, кого погребли в ней. Первым, но далеко не последним. Несомненно, в дальнейшем гробница эта служила местом погребения других лиц, в первую очередь Иосифа Аримафейского и представителей его семейства. Также как и другие иерусалимские погребения, гробница Иисуса не была законсервирована и продолжала функционировать. В процессе ее эксплуатации она могла претерпеть существенные переделки и перестройки, которые изменили ее первоначальный облик. Все это необходимо учитывать в поисках подлинной гробницы Христа.



Мы прекрасно осознаем, что вряд ли удастся найти нетронутую древнюю гробницу с останками Иисуса Христа или хотя бы с неопровержимыми доказательствами, что тело Его лежало в ней. Но это не значит, что нужно опустить руки и отказаться от поисков такой гробницы. Все в руках археологов и за ними последнее слово.



Мы переживаем знаменательный момент. Вновь как и в XIX веке, когда историческая наука и археология впервые серьезно занялись Святой землей, так и ныне множество умов полно решимости раскрыть все тайны евангельской и вообще библейской истории, вполне готовые к тому, что при этом придется ниспровергнуть устоявшиеся традиции и учредить новые.



Исполнилась полнота времен, и мы вновь стоим на пороге больших перемен.



В предзнаменование их и написана эта работа.