Конфликты, возникшие еще в ранние дни христианства: донатизм против католицизма

14 февраля 2014

Папа РимскийС тех пор, как Христос основал Свою Церковь на земле, дьявол буквально сразу же стал прилагать колоссальные усилия для того, чтобы разрушить Церковь Христову. Он воздвигал лжеучителей, "лукавых делателей" (2 Кор. 11:13), которые проповедовали "иное благовествование" (Гал. 1:6-9), насаждали "плевелы", формируя таким образом лжепоследователей Христа (Матф. 13:25). Подобная разрушительная деятельность сразу же заставила первых христиан задуматься об очень важных вопросах: в чем заключаются основные отличительные черты истинной Церкви Божией? Является ли жизненно необходимым для Церкви придерживаться основ изложенного в Евангелии вероучения? Какие явления характеризуют отступление той или иной церковной группы от веры? И если отступление в Церкви стало явным и открыто проявляет себя, то что обязаны делать в подобной ситуации те, кто, являясь в данный момент составной частью этой церковной группы, хотят сохранить верность Истине Божией?

Конфликты, возникавшие в связи с проблемой чистоты Церкви, сотрясали Церковь на протяжении всей ее истории. В каждом поколении христиан были те, кто, остро переживая отступление от духовной истины в Церкви, делали все возможное для возврата как себя лично, так и всей Церкви в целом на путь истинного служения и здравой проповеди Евангелия Иисуса Христа. Уже во втором веке, сравнительно недавно после образования Церкви, стали возникать внутри ее движения, выражавшие протест против нечистоты в Церкви и отступления от учения Евангелия. Так, в середине второго столетия, проповедник из Фригии по имени Монтанус и его последователи в своих проповедях настаивали на необходимости чистоты Церкви и руководства Духом Святым в служении. Они также особо подчеркивали важность учения о втором пришествии Христа.

Тертулиан был главным выразителем монтанизма в той его форме, в какой это течение проявилось в Западной церкви. В его трудах отражена глубокая озабоченность духовным состоянием Церкви того времени. Тертулиан и его последователи называли себя "духовной" в противовес "плотской" части церкви, признавая за каждым верующим право принадлежности ко всеобщему священству, с вытекающим из этого преимуществом для каждого возрожденного христианина иметь личный, непосредственный доступ к Богу.

К сожалению, для оценки личности самого Монтануса мы не располагаем почти никакими материалами, кроме сохранившихся до наших дней свидетельств его противников. Изучив все сохранившиеся документы, Фаррар приходит к заключению, что нельзя подвергать сомнению ортодоксальность как самого Монтануса, так и его последователей: "В настоящее время движение монатистов оценивается большинством исследователей, как искренняя попытка возвратить служение Церкви того времени к первоапостольским истокам" (Фредерик Фаррар "Жизнь отцов", стр. 183).

Период ранних гонений известен в истории Церкви как "гонения во время Доциана" (249-250). Во время этих гонений значительное количество исповедовавших христианство отступили и не сохранили верности своим убеждениям. Когда гонения утихли, встал вопрос: возможно ли восстанавливать церковное членство этих "отпавших" христиан. Римский епископ Новатий (и многие его поддержали в этом) придерживался более строгого взгляда на церковное членство, чем было принято в его дни, и считал, что отрекшиеся от Христа при гонениях не могут быть теперь снова приняты в церковь. Новатий восстал против популярного в те дни более легкого отношения к вопросу церковного членства.

Известный церковный историк прошлого века Филипп Шафф так характеризует это движение: "Последователи Новатия считали, что только они одни сохраняли чистоту церкви, и поэтому не признавали все другие церковные объединения, осквернившие себя принятием в члены тех, кто отрекся от Христа, или допустил другие явные отступления". (Филипп Шафф "История христианской Церкви", стр. 91).

Лучшие идеи и понятия монатистов и новатийцев не затерялись в веках, но позднее нашли своих последователей. Так, в начале четвертого века в церквах в Африке возник тот же конфликт, что и во времена Новатия. Во время гонений на христиан в 303-304 гг. при императоре Диоклетиане случилось то, что опять значительное число исповедовавших христианство отреклись от веры, в том числе и некоторые пресвитера церквей, принявшие противоречившие Евангелию постановления государства для того, чтобы избежать опасности для своей жизни. Не устояв и не проявив верности во время гонений, они потеряли уважение в глазах тех, кто стоял на принципах бескомпромиссного служения Богу.

Острый конфликт возник в 312 г. н. э. по поводу посвящения Сесилиана в епископы Карфагена. Многие епископы и другие церковные лидеры восстали против этого на том основании, что он отступил от учения Священного Писания во время гонений. Они считали, что так как Сесилиан "запятнал" себя отступничеством, он не достоен теперь быть одним из руководящих служителей церкви. Но, по-видимому, конфликт, так явно проявивший себя в этом конкретном случае, оказался лишь внешним отражением волновавших церковь внутренних процессов. Требовали разрешения все те же основополагающие вопросы: что такое истинная Церковь? в чем заключается сохранение верности Богу? в какой мере следует отстаивать чистоту Церкви? Официальная церковь оказалась менее строгой и принципиальной во всех этих вопросах. В результате возникла оппозиционная группа, которую вначале возглавил Майоринус (312 г. н. э.), а позднее его последователь Донатий, оба отстаивавшие принципы чистоты Церкви.

Группа отделенных стала быстро расти, и вошла в историю под именем донатистов, когда епископ Донатий стал их руководителем. Движение донатистов особенно распространилось в Северной Африке, и достигло наибольшего развития в третьем и четвертом веке. Церкви донатистов действовали независимо от официальной церкви и стали первым в истории Церкви самым значительным объединением отделенных (сепаратистов).

Уже в раннем периоде истории Церкви ясно обозначились два совершенно разных взгляда на сущность христианства. С одной стороны, это была официальная католическая церковь, готовая идти на компромисс с миром ради сохранения единства и мирного сосуществования. С другой стороны, во все века сохранялась Церковь, водимая Духом Святым, отличительной характеристикой которой был энтузиазм в служении и открытое противодействие влиянию мира внутри Церкви.

Донатисты твердо стояли на принципе абсолютного авторитета Библии (хотя, к сожалению, и не без отдельных ошибочных доктрин, унаследованных ими от католичества). В основу учения донатистов были заложены принципы верности Христу до смерти и безоговорочной преданности учению Библии как Слову Божьему.

Еще одной очень важной особенностью донатистов было их стремление к чистоте в личной жизни. "Одной из самых ярких особенностей христианства в Африке в третьем веке было их бескомпромиссное противостояние влиянию Римской империи. В те дни существовал яркий контраст между церковью и языческим миром". (Френд, "Церковь донатистов", стр. 112,113).

Исследуя историю церкви, можно сделать вывод, что отделенные церкви во все века с большой ответственностью относились к церковному членству. Ньюман так писал по этому поводу: "Основополагающей предпосылкой для святости церкви является чистота моральной жизни каждого из ее членов". Но католическая церковь, опираясь на учение Августина, до сего дня придерживается мнения, что святость церкви существует независимо от образа жизни ее членов. Донатисты же верили, что "всякая церковь, проявляющая терпимость к членам с недостойным образом жизни, оскверняется в результате общения с ними" и поэтому "перестает быть истинной церковью Христа" (А. Неандер, "Общая история христианской религии и церкви", стр. 216). Донатисты были озабочены не только духовным состоянием каждой отдельной поместной церкви, но также и состоянием всего объединения церквей. Поэтому они отвергали возможность какого-либо общения с государственной католической церковью.

В полемике, начатой донатистами, основным был вопрос: остается ли церковь истинной церковью даже и в том случае, если ее служители и члены не стремятся к святой жизни? Донатисты утверждали, что соблюдение Вечери Господней и других заповедей имеет вес только в том случае, если совершаются достойными служителями. А так как официальная церковь терпела внутри себя (а значит, и одобряла) недостойных служителей, значит, недопустимо было совместно с ними принимать участие в хлебопреломлении. Донатисты верили, что Священное Писание ясно утверждает необходимость чистоты и святости всех членов Церкви, и особенно тех, кто служит Господу и занимает руководящие посты в церкви. Здесь, однако, следует упомянуть, что трудно нам судить, насколько ясно понимали донатисты учение Священного Писания об оправдании по вере, потому что, к сожалению, не сохранилось ни одного документа, написанного ими самими. Из того же, что имеется написанного о них, мы считает подобный анализ самым исчерпывающим:

"Требование чистоты в жизни тех, кто несет служение в церкви, было главной заботой донатистов, так как церковь, терпящая в своей среде предателей и отступников, не может быть истинной церковью Иисуса Христа, и поэтому не имеет права преподавать Вечерю Господню. Значение соблюдения Вечери Господней и других заповедей находится в прямой зависимости от чистоты личной жизни служителей, которые преподают их. И даже более того - соблюдение заповедей теряет всякий смысл, если они преподаются недостойными служителями" (Вальтер Нигг, "Еретики", стр. 110).

Донатисты были убеждены, что союз церкви и государства, который наступил при римском императоре Константине, был пагубным для духовной жизни церкви. Целью донатистов, в противоположность католической церкви, было стремление к тому, чтобы:

"Возвратить церковь от мертвой обрядности к простому крещению по вере, к чистой Церкви, состоящей из возрожденных членов, и заменить простым христианским братским общением сложную внутрицерковную структуру. Донатисты также считали, что единство церкви и ее внутренняя свобода в большой опасности, когда церковь объединяется с государством, и поэтому они восставали против учения о государственной церкви". (Статья "Донатисты" из Библейской энциклопедии, стр. 863).

Значение движения донатистов для сепаратистов сегоднешнего дня заключается в следующем: для нас важна их принципиальность в отстаивании чистоты церкви и непримиримость к тем явлениям, которые загрязняют церковь. Как уже было сказано, главной задачей донатистов было стремление к чистоте церкви. И хотя некоторые исследователи истории церкви (такие, как Неандер) многократно пытались обвинить их в "отделенческой гордости", на самом деле донатисты были движимы искренним желанием возвратиться к первоапостольскому образцу Церкви. Однако очевидно то (и несомненно, мы не раз услышим подобное же признание из опыта служения всякого труженика на ниве Божией в наши дни, который задавался той же целью, что и они), что донатисты не достигли в полной мере того, к чему стремились. И все же их стремления и попытки заслуживают глубокого признания и одобрения.

В их полемике с Августином ясно обозначилось главное различие между позицией сепаратистов и приспособленцев (тех, кто согласен был идти на компромисс). Сепаратисты главное внимание уделяли святости и чистоте церкви, тогда как приспособленцы (такие, как Августин) заостряли внимание на "единстве церкви". Однако, здесь необходимо оговориться, что неверным было бы утверждение, что ни ту, ни другую сторону абсолютно не интересовали вопросы, представлявшие особую важность для противоположной стороны. Но каждый из них придавал тем вопросам второстепенное значение, отстаивая в первую очередь то направление, которое считали основополагающим для себя.

Католическую церковь беспокоил стремительный рост сторонников донатизма, поэтому им необходимо было срочно найти авторитетное лицо, которое могло бы во всеоружии выступить против взглядов донатистов. И его нашли: это был Августин, епископ из города Ниппо. Его имя известно в истории церкви, как одного из наиболее выдающихся отцов церкви. Многие теологические понятия, разработанные Августином, легли в основу богословских систем, авторитетных и по сегодняшний день. Ортодоксальное христианство отдает должное разработанным им доктринам, хотя следует отметить, что, помимо здравого учения, в его богословских трудах содержится также много серьезных ошибок.

В своих попытках опровергнуть утверждения донатистов, Августин главным образом основывается на традициях, на церковной практике и обычаях, а также на авторитете церкви, очень редко при этом прибегая к аргументам Священного Писания. Подобная же позиция в борьбе с сепаратистами будет применяться их оппонентами и в дальнейшем, на протяжении всех веков. Противники сепаратизма стремятся защитить установленный порядок, найти для него оправдание и убедить всех в том, что существующее (хотя и тревожащее многих) положение вещей в церкви нужно стараться постепенно улучшать, но ни в коем случае не стоит ничего кардинально менять (хотя совершенно очевидно, что во всех случаях положение с годами только неуклонно ухудшается). Сепаратисты же, со своей стороны, стремятся к радикальным переменам, если в том есть необходимость, с целью утверждения истин Священного Писания.

Августин, как и многие после него, относился к отделившимся донатистам, как к "негативным личностям", "возмутителям в Израиле", "раскольникам церкви". Много раз в своих трудах он осуждает вышедших из католической церкви за их недостаток любви, убеждая при этом иметь образ мыслей, "отвергающий всякую горечь разделений и принимающий в любви позицию доброжелательности". Однако здесь необходимо заметить, что никакие призывы к любви не могут послужить оправданием для проявления непослушания Богу, если мы продолжаем оставаться в союзе с нечестием. Любовь в первую очередь выражается в нашем послушании Богу, но Августин не подчеркивал этой истины.

Важные духовные уроки необходимо извлечь, изучая движение донатистов. Во-первых, донатисты не были высшим образцом богословского или личного совершенства. (Так же, как и мы, сепаратисты сегодняшнего дня, не можем на это претендовать). Ошибочным было бы заключение, что все взгляды донатистов должны быть безоговорочно приняты христианами сегодняшнего дня. Однако, нам определенно следует взять с них пример в том, как они мужественно отстаивали верность духовным принципам. Они верили, что свидетельство церкви перед миром должно основываться на чистоте, что члены церкви должны вести чистую и святую жизнь и что государство не имеет никакого права вмешиваться во внутренние дела церкви. Они отвергали отступничество и нечистоту, преобладавшие в официальной церкви того времени. Донатисты являются примером раннего проявления сепаратизма, их движение стало семенем для последующих движений сепаратистов на протяжении многовековой истории Церкви.